14


Не по звездам небес дано мне жизнь читать;
А все же думается мне: я астролог.
Не то, чтоб горе мог иль радость предсказать,
Чтобы предвидеть мор, погоду, голод мог!
Мне не под силу знать и быстрый ход минут, -
Дождем или грозой их мощный рок снабдит,
Властитель, будет ли он счастлив там иль тут, -
О том небесный свод мне мало говорит!
Я черпал мысль мою лишь из твоих очей:
По звездам тех очей я мысленно читал,
Что верность и краса в твоих детей пройдут,
Лишь от тебя пройдут; в тебе я их сыскал...
А ежели не так, то, правды не тая,
Красе и верности смерть предвещаю я!

К. Случевский



17



Моим поэмам кто б поверить мог,
Коль Ваших качеств дал я в них картину?
Они - гроб Вашей жизни, знает Бог,
Их могут передать лишь вполовину.
И опиши я Ваших взоров свет
И перечисли все, что в Вас прелестно,
Грядущий век решил бы: "Лжет поэт,
То лик не человека, а небесный".
Он осмеял бы ветхие листы
Как старцев, что болтливей, чем умнее.
Он эту правду счел бы за мечты
Иль старой песни вольные затеи.
Но будь у Вас ребенок в веке том,
Вы жили б дважды - и в стихах, и в нем.

Н.Гумилев



17


Сонет мой за обман века бы осудили,
когда б он показал свой образ неземной, -
но в песне, знает Бог, ты скрыта, как в могиле,
и жизнь твоих очей не выявлена мной.
Затем ли волшебство мной было бы воспето
и чистое число всех прелестей твоих -
чтоб молвили века: "Не слушайте поэта;
божественности сей нет в обликах мирских"?
Так высмеют мой труд, поблекнувший и сирый,
так россказни смешны речистых стариков, -
и правду о тебе сочтут за прихоть лиры,
за древний образец напыщенных стихов...
Но если бы нашлось дитя твое на свете,
жила бы ты вдвойне - в потомке и в сонете.

В.

Страницы: (5) : 12345

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

...
- С трех часов ночи шестнадцатого века, - сказал генерал глухим от
бессонницы голосом. И задумчиво добавил:
- Я не слышал петухов.
- Здесь нет петухов, - сказал Хосе Паласиос.
- Здесь ничего нет, - сказал генерал. - Это земля неверных.
Они находились в Санта-Фе-де-Богота, на высоте две тысячи шестьсот
метров над уровнем далекого моря, и огромная спальня с иссушенными стенами,
подставленная ледяным ветрам, дующим в плохо пригнанные окна, не
способствовала укреплению здоровья кого бы то ни было. Хосе Паласиос
поставил бритвенный тазик с мыльной пеной на мраморную доску ночного
столика, рядом со шкатулкой красного бархата с принадлежностями для бритья
из позолоченного металла. Переставил подсвечник со свечой на консоль около
зеркала, чтобы генералу было достаточно светло, и подвинул жаровню, чтобы
согреть ему ноги. Затем дал ему очки с квадратными стеклами в тонкой
серебряной оправе, которые всегда носил для него в кармане жилета. Генерал
надел их и побрился, ловко орудуя как правой, так и левой рукой, потому что
с рождения владел одинаково хорошо обеими руками, и это было удивительно для
человека, который несколько минут назад с трудом держал чашку. Он закончил
бритье на ощупь, продолжая ходить по комнате, поскольку старался смотреть в
зеркало как можно меньше, дабы не встретиться глазами с самим собой. Потом
выщипал волосы в носу и ушах, почистил великолепные зубы угольным порошком,
орудуя щеткой из шелкового волокна с серебряной ручкой, подстриг и
отполировал ногти на руках и ногах и, наконец, снял пончо и вылил на себя
большой флакон одеколона, пошлепывая ладонями по всему телу до полной
истомы. В те предрассветные часы он служил свою ежедневную мессу чистоте
более истово и яростно, чем всегда, пытаясь очистить тело и дух от двадцати
лет бесполезных войн и горького опыта властвования.
Последней, кто нанес ему визит прошлой ночью, была Мануэла Саенс,
опытная воительница из Кито, которая хоть и любила его, но на смерть за ним
не пошла бы...

Габриель Гарсия Маркес (Gabriel Garcia Marquez)
«Генерал в своем лабиринте»

Биография

Произведения

Музей

Статьи

Сочинения

Галерея

Цитаты

Краткие содержания

Ваши заявки