Перевод Осии Сороки.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:


Прежний герцог, живущий в изгнании
Герцог Фредерик, его брат, захвативший власть

Амьен |
} дворяне из свиты изгнанного герцога
Жак |

Ле Бо, придворный Фредерика
Шарль, борец Фредерика

Оливер |
Жак } сыновья Роланда де Буа
Орландо |

Адам |
} слуги Оливера
Деннис |

Оселок, шут
Оливер Проповредник, сельский священник

Корин |
} пастухи
Сильвий |

Уильям, сельский парень, влюбленный в Одри
Гименей, бог брака
Розалинда, дочь изгнанного герцога
Селия, дочь Фредерика
Феба, пастушка
Одри, сельская девушка
Придворные, пажи, слуги и прочие

Место действия: дом Оливера; двор Фредерика; Арденнский лес.



АКТ I


Сцена 1

Сад при доме Оливера. Входят Орландо и Адам.

Орландо

Я помню, Адам, что мне в наследство была оставлена одна только скудная
тысяча крон; но, по твоим словам, старшему брату завещано воспитать меня
достойно, - на том и благословил его отец. И тут-то начинается моя печаль.
Брата Жака он послал учиться, и об успехах Жака идет золотая слава. Меня же
содержит дома по-деревенски - верней, не содержит, а держит в невежестве,
ибо так держат вола в хлеву, а не человека моей родовитости. Лошадей он и то
лучше воспитывает - не только сытно их питает, но и дает им выучку, и для
того нанимает наездников за немалую плату. Я же, брат его, ничего не обретаю
под его опекой, кроме телесного роста, но уж этим я обязан ему не больше,
чем скот на его дворах навозных. Мало того, что напрочь отказывает в
воспитании; он еще и глушит то, что дала мне природа. Кормиться сажает меня
с батраками своими, отнимает положенье, подобающее брату, как только может
подрывает мое благородство. Вот о чем я печалюсь, Адам, и дух отца, который
чувствую в груди, начинает уже бунтовать против этого рабства. Не хочу я
терпеть его дольше, хоть пока и не знаю разумного выхода.

Входит Оливер.

Адам

А вон идет хозяин, брат ваш.

Орландо

Постой, Адам, в сторонке - послушаешь, как он меня честит.

Адам отходит в сторону.

Оливер

Вы что здесь делаете, сударь?

Орландо

Ничего. Я никакому делу не обучен.

Оливер

Бездельем, значит, заняты.

Орландо

Да вот, сударь, помогаю вам портить бездельем божью смиренную тварь -
беднягу брата вашего.

Страницы: (63) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... Когда Пол
Оверт заметил, что сидящие под деревьями люди начинают обращать на него
внимание, он вернулся сквозь раскрытые двери назад, в длинную галерею,
гордость этого дома. Она тянулась от одного его конца до другого; яркие
краски ее убранства, высоко прорезанные окна, побледневшие цветочные узоры
на ситце, портреты и картины, которые нельзя было не узнать, уставленные
белым и синим фарфором горки, изощренные гирлянды и розетки на потолке -
все это являло собой некий легкий и радостный переход, уводивший вас в
глубины минувшего века.
Молодой человек был слегка возбужден: проистекало это, вообще-то
говоря, от его пристрастия к высокой прозе и от характерного для
артистической натуры беспокойства; ко всему прочему присоединялось еще и
волнение ври мысли о том, что одним из трех сидевших на траве мужчин мог
оказаться Генри Сент-Джордж. В глазах юного писателя образ его старшего
собрата по перу был все еще окружен ореолом, несмотря на неудачу последних
его романов, которые по сравнению со снискавшими большой успех тремя
предыдущими оказались намного слабее. Были минуты, когда мысль о
совершенных его кумиром промахах едва не доводила Пола Оверта до слез;
однако теперь, когда он очутился в такой непосредственной близости к нему
(а до этого он вообще ни разу его не видел), он мог думать только об
исключительности его дарования и о том, скольким сам он обязан этому
человеку. Пройдясь несколько раз взад и вперед по галерее, он снова вышел
на лестницу и спустился вниз. Ему всегда не хватало умения освоиться в
обществе (поистине это было его слабою стороной), и поэтому, не будучи
знаком ни с кем из четырех сидевших в отдалении лиц, он принялся шагать из
стороны в сторону, и непрестанное движение это, казалось, вселяло в него
известную уверенность в себе и избавляло от необходимости делать попытку
присоединиться к расположившейся на траве компании. Во всем этом была
премилая английская неловкость; он продолжал ощущать ее и тогда, когда
нерешительным шагом стал пересекать лужайку наискось, словно для того,
чтобы ни с кем не столкнуться...

Генри Джеймс (Henry James)
«Урок мастера»

Биография

Произведения

Музей

Статьи

Сочинения

Галерея

Цитаты

Краткие содержания

Ваши заявки