ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:


Кай Марций, затем Кай Марций Кориолан

Тит Ларций |
} полковдцы в войнах с вольсками
Коминий |

Менений Агриппа, друг Кориолана

Сициний Велут |
} народные трибуны
Юний Брут |

Маленький Марций, сын Кориолана
Никанор, римлянин
Тулл Авфидий, полководец вольсков
Адриан, вольск
Военачальник, заместитель Авфидия
Заговорщики, сторонники Авфидия
Горожанин из Анциума
Два Вольских часовых
Волумния, мать Кориолана
Виргилия, жена Кориолана
Валерия, подруга Виргилии
Служительница Виргилии
Римские и Вольские сенаторы, патриции, эдилы, ликторы, глашатаи, гонцы,
воины, горожане, слуги Авфидия и другие служители

Место действия: Рим и его окрестности;
Кориолы и окрестности Кориол; Анциум.



АКТ I


Сцена 1

Улица в Риме. Входит толпа бунтующих горожан, вооруженных дубинами, кольями,
вилами.


Первый горожанин

Погоди; прежде слушайте, что скажу.

Все

Говори, говори.

Первый горожанин

Значит, все вы на том порешили, что лучше умереть, чем голодать?

Все

Решено, решено.

Первый горожанин

И знаете, что главный враг народу - Кай Марций.

Все

Знаем, знаем.

Первый горожанин

Так убьемте его - и станем зерно получать по цене, какую сами назначим.
Решено?

Все

Чего тут еще толковать? Убить и кончено! Идем, идем!

Второй горожанин

Позвольте словечко, добрые граждане.

Первый горожанин

Мы не добрые, мы считаемся худые граждане. Это патриции - добрые, у них
добра с избытком. Нам с ихнего стола одних излишком бы хватило на прокорм, и
поделись они хоть этим, мы сказали бы, что они с нами по-людски. Но у них
сгниет, а не дадут - слишком накладно, дескать, выйдет. Наша худоба, наш
нищий вид только лишь выпячивают роскошь ихнюю; наши муки - им корысть. В
колья же их за это, пока еще не поколели мы. Боги мне свидетели, что я с
бесхлебья, с голодухи говорю, а не по мстивой злобе.

Второй горожанин

Особенно же с Каем Марцием желаешь посчитаться?

Первый горожанин

С ним - первым делом. Для нас, простонародья, он сущий пес.

Страницы: (98) : 123456789101112131415 ...  >> 

Полный текст книги

Перейти к титульному листу

Версия для печати

Тем временем:

... В тот день, увидев Кролика, я понял, что
Нью-Йорк - это как раз такая жизнь. Неделей раньше монсеньер Фэй водил
меня обедать в "Лафайет", где мы любовались блистательной выставкой
закусок, запивая их кларетом; мы выглядели не менее достойно, чем Кролик
со своей тростью, уверенно вышагивающий по тротуару, да только "Лафайет"
был всего лишь ресторан, и, выйдя из него, надо было садиться в машину,
переезжать мост и катить к себе в провинцию. Был Нью-Йорк, куда студенты
наезжали поразвлечься, все эти его ресторанчики - "Бастаноби", "Шенли", "У
Джека", - и мне он внушал ужас, хотя, что скрывать, я и сам в пьяном
тумане не раз скитался по нему, но всегда при этом чувствовал, что предаю
свои же стойкие идеальные представления. Сам не знаю, зачем я это делал,
но, наверно, не из распущенности - просто какой-то зуд не давал мне покоя.
От тех дней не сохранилось, пожалуй что, ни одного приятного воспоминания;
не зря Эрнест Хемингуэй заметил как-то, что кабаре нужны лишь для того,
чтобы одиноким мужчинам было где сводить знакомство с нестрогими
женщинами, в остальном же это попусту растраченное время да скверный,
прокуренный воздух.
Но в тот вечер, когда мы сидели с Кроликом у него дома, жизнь дышала
покоем и теплом, и было все, что я в Принстоне научился любить, - только
здесь все было еще тоньше и прекраснее. Тихо звучал гобой, к мелодии
примешивались звуки с улицы, доносившиеся приглушенно, потому что стены
были сплошь заставлены книжными полками, и мешал только хруст бумаги - это
один из соседей Кролика вскрывал конверты с приглашениями. Третий символ
Нью-Йорка открылся мне, и я начал прикидывать, во сколько обойдется такая
квартира и с кем из знакомых можно бы снять ее сообща.
Мечты, мечты! Следующие два года я был волен выбирать себе образ жизни
не больше, чем заключенный - фасон своей тюремной куртки. Когда в 1919
году я снова оказался в Нью-Йорке, обстоятельства так меня оплели, что о
радостях тихого подвижничества где-нибудь поблизости от Вашингтон-сквер и
думать было нечего. Я работал в рекламном бюро и выкручивался как мог,
чтобы оплатить тесную квартирку на двоих в Бронксе...

Фрэнсис Фицджеральд (Francis Fitzgerald)
«Мой невозвратный город»

Биография

Произведения

Музей

Статьи

Сочинения

Галерея

Цитаты

Краткие содержания

Ваши заявки