 |
|
Уильям Шекспир (William Shakespeare) - Произведения - Король Лир (пер. М. Кузьмин)
И, хотя он стоял поодаль от тех двоих, но сделал движение, словно хотел вырваться у них из рук, и уже пошел было из комнаты. - Нет, - с..
Франц Кафка (Franz Kafka)
«Процесс»
Мать - женщина образованная, сторонница фабианства в политике, взращенная на традициях Возрождения в искусстве, столь пышно расцветших в середине прошлого века [имеется в виду..
Лоуренс Герберт (Lawrence Herbert)
«Любовник леди Чаттерли»
В первые годы замужества единственным ее развлечением были разговоры с горничной, да и потом, когда вместо одной служанки стало три, она общалась исключительно с прислугой...
Агата Кристи
«Тайна Семи циферблатов»
Смотрите также:
Р.Кушнерович. Непереведенный сонет Шекспира
Самуил Яковлевич Маршак. О Шекспире
А.Финкель. 66-й сонет в русских переводах
В.Левик. Нужны ли новые переводы Шекспира
Истоки зла в мире и человеке в восприятии Шекспира по произведениям Макбет, Король Лир, Гамлет
Идейно-художественное своеобразие и специфика конфликта в трагедии У.Шекспира Макбет
Жизнь и творчество Шекспира (In English)
«Король Лир (пер. М. Кузьмин)» Желаем Вам приятного чтения (Страниц: 86) Смотрите также: краткое содержание Также вы можете получить: |
Тем временем:
... Только из тщеславия приходили мои нищие к моему целителю,
предвкушая, как поразит его обилие их зловонных язв. Защищая место под
солнцем, они трясли изъязвленными обрубками, попечение о себе почитали
почестями, примочки -- поклонением. Но, выздоровев, ощущали себя ненужными,
не питая собой болезнь, -- бесполезными, и во что бы то ни стало стремились
вернуть себе свои язвы. И, вновь сочась гноем, самодовольные и никчемные,
выстраивались они с плошками вдоль караванных дорог, обирая путников во имя
своего зловонного бога.
Во времена моей юности я сочувствовал смертникам. Мне казалось,
осужденный мною на смерть в пустыне угасает, изнемогая от безнадежного
одиночества. Тогда я не знал, что в смертный час нет одиночества. Не знал и
о снисходительности умирающих. Хотя видел, как себялюбец или скупец, прежде
громко бранившийся из-за каждого гроша, собирает в последний час домочадцев
и с безразличием справедливости оделяет, как детей побрякушками, нажитым
добром. Видел, как трус, который прежде при малейшей опасности истошно звал
на помощь, получив смертельную рану, молчит, заботясь не о себе -- о
товарищах. Мы с восхищением говорим: "Какое самоотвержение!" Но в нем я
заметил и затаенное небреженье. Я понял, почему умирающий от жажды отдал
последний глоток соседу, а умирающий с голоду отказался от корки хлеба. Они
успели забыть, что значит жаждать, и в царственном забвении отстранили от
себя кость, в которую вгрызутся другие.
Я видел женщин, они плакали о погибших. Они плакали, потому что мы
слишком много врали. Ты же знаешь, как возвращаются с войны уцелевшие,
сколько они занимают места, как громко похваляются подвигами, какой ужасной
изображают смерть. Еще бы! Они тоже могли не вернуться. Но вернулись и
гибелью товарищей устрашают теперь всех вокруг. В юности и я любил окружать
себя ореолом сабельных ударов, от которых погибли мои друзья...